Шесть горностаев

Интересные места о факты о Скандинавских странах, особенно Финляндии, и особенно ее регионе Остроботния (на гербе которого нарисовано шесть горностаев).

Несмотря на географическую близость и 1340 км общей границы, финны очень редко посещают Россию. Хотя машины на финских номерах на приграничных заправках бросаются в глаза, а о пьянствовании финнов в Выборге и Питере ходят легенды (я, впрочем, сам ни разу не видел), все это капля в море, и этим в основном занимаются финны, живущие рядом с российской границей. В Западной Финляндии, где я живу, в России не бывал почти никто, и от коллег и других местных слышу почти исключительно одно и то же: «ну-у, Россия, да, круто, интересно, в теории я б хотел побывать, но с визами этими сложно и вообще все как-то страшно и непонятно». (Если б я проснулся Путиным, я б первым же указом с утра отменил в одностороннем порядке визовый режим с ЕС (российскую визу гражданину ЕС получить намного сложнее, чем визу страны ЕС — российскому гражданину), а также сопутствующую бесполезную бюрократию типа миграционных карт и обязательных таможенных деклараций на въезде, и регистрации иностранцев по месту пребывания; это одно бы для имиджа России сделало бы больше, чем тысяча пропагандистов «раша-тудей».)

Тем не менее, Россия как туристическое направление для финнов все же существует. В нашей региональной газете, «Похьялайнен», вчера редактор рубрики «Путешествия» Эсси Сутинен опубликовала две страницы советов о поездках в Россию — в Петербург, Выборг и внезапный Мурманск (к сожалению, не проиллюстрировав фото последние два города). Конечно, взгляд довольно поверхностный, как в туристической брошюрке, но если вам интересно, как в финской провинции рекламируют туризм в Россию — читайте дальше 🙂

Интересным и довольно характерно-финским аспектом этой статьи является то, что Россия рекомендуется еще и какэкологичное направление. Изменение климата и борьба с ним — популярная тема в финской прессе, и, в числе прочего, часто обращают внимание на то, что авиация — плохой вид транспорта в этом плане; на авиацию приходится 3.5% выбросов CO2. Поэтому от авиаперелетов становится даже в некотором роде модно по возможности отказываться, заменяя их другими видами транспорта. Ну, а в Россию как раз не обязательно лететьгораздо удобнее попадать в нее из Финляндии на поезде, который по выбросам CO2 на пассажиро-километр лучше на порядки.

По рельсам — в суматоху миллионного города

За восточной границей любителей городского отдыха ждет настоящая сокровищница культуры и городских огней.

Текст: Эсси Сутинен, иллюстрации: Анатолий Мальцев

Долгими зимними днями многие из нас собираются на отдых на Канарские острова или в Таиланд. Обычно единственный способ сменить остановку подобным образом — загрязняющий окружающую среду самолет. К счастью, экзотику можно найти и намного ближе, а добраться до нее — на более экологическом виде транспорта.

Читать далее «Финская пресса: Едем в Россию»


Наступил январь 2019, а это несколько фотографий, сделанных два дня назад, еще в декабре 2018. Я снова съездил в место, которое сейчас могу, пожалуй, назвать моим любимым на Кваркенском архипелаге и вообще в окрестностях Ваасы — тропа Викарскат-Финнхамн (Vikarskat-Finnhamn). Природа и погода оказались такими приятными, что даже с телефона (я же до сих пор не купил фотоаппарат новый) фотографии вышли довольно ничего так.

Эта тропа короткая (2.5 км в одну сторону, не кольцевая) и расположена на том же острове Бьёркё (Björkö), что и рыбацкая деревня Сведьехамн, смотровая вышка Салткарет и тропа Буддватнет-рунт — самые, наверное, рекламируемые места Кваркена. Викарскатская тропа, в противоположность им, достаточно малоизвестна, и, по-моему, кроме сайта муниципалитета Корсхольм нигде не описана. Добраться до тропы на машине легко, поезжайте почти до самого Сведьехамна (Svedjehamn) из Ваасы по трассе 724, Реплотскому мосту, через Реплот и Бьёркёбю, и перед самым Сведьехамном поверните направо на дорогу Викарскатвеген (Vikarskatvägen). По ней по указателям на рыбную гавань (Fiskehamn) 4 км по гравийным дорогам, ближе к концу налево на перекрестке посреди леса. Вы и впрямь попадете в небольшую рыбную гавань, где достаточно места, чтобы оставить машину. Оттуда и начинается тропа. Прелесть ее в большом количестве видов открытого моря, шум которого слышно все 2.5 км, даже посреди леса. В конце будет хижина и места для костра.

Погода 30.12 была в основном солнечная (третий день подряд) и не сильно холодная. Реки, озера, море на побережье Ваасы и в архипелагах замерзли, и на Ботническом заливе несколько дней назад начался ледокольный сезон — ледокол «Отсо», а за ним «Контио» вышли туда из Хельсинки и работают в самых северных портах — Торнио, Кеми и Оулу. Здесь, в открытом море Кваркенского пролива, морским льдом пока не пахнет.

1. Замерзшая бухта в начале тропы.

2. Дни в Остроботнии в декабре совсем короткие. На зимнее солнцестояние долгота дня была всего 4 часа 40 минут (с тех пор стало минут на десять дольше). Солнце поднимается всего на 3.7º над горизонтом. У нас здесь не Арктика, конечно, но уже немножко похоже. Каждый год финны напряженно ждут постоянного снежного покрова, чтобы земля и все остальное стали выглядеть хотя бы посветлее. Жители Хельсинки обычно волнуются, будет ли у них «белое Рождество» — на юге в декабре снега еще совсем мало, и Рождество в наши дни чаще бывает коричневым, чем белым. В Остроботнии «белое Рождество» происходит намного чаще. В этом году «белое Рождество» в конце концов благополучно состоялось по всей стране, но снежный покров в Остроботнии был на тот момент и остается пока что до сих пор весьма тонким, всего несколько сантиметров (к концу зимы обычно снега больше полуметра, хотя в глубине страны в большинстве мест и того больше).

Читать далее «Декабрь на Кваркене»


Город Вааса на западном побережье Финляндии оставался вдалеке от линий фронта Зимней войны 1939-1940 и Войны-Продолжения 1941-1944 годов (хотя в Зимнюю войну все же пережил шесть советских бомбардировок). Но есть в нем такое угрюмое напоминание о давней войне, как памятник 75 советским военнопленным, погибшим в 24-м Ваасанском штрафном лагере в 1942-1944 годах. Он находится на маленьком Каппелинмякском православном кладбище на самом краю города. Хотя я как-то раз уже видел это кладбище, памятник я тогда не заметил (он выглядит как обычная могила, особенно зимой и издали), и прочитал о нем лишь совсем недавно в блоге о Ваасе Vaasa ennen ja nyt (Вааса раньше и сейчас), который поддерживает Ассоциация жителей центра Ваасы (Vaasan kantakaupungin asukasyhdistys ry).

Лагерь номер 24 изначально был открыт 25.6.1942 в совершенно другой части страны, у болота Рийтасенсуо близ поселка Керимяки, не очень далеко от города Савонлинна в Восточной Финляндии. Но в начале 1943 года его перенесли в Ваасу. Лагерные бараки соорудили в лесу Надворного суда (Hovioikeudenmetsä) в районе Старая Вааса (Vanha Vaasa) на окраине города — старом лесу, который многое успел повидать на своем веку. Лагерь был открыт как штрафной и предназначен для «хулиганов»: пленных, ранее пытавшихся бежать, отказывавшихся работать, политруков и подозреваемых в шпионаже или диверсиях. С изначального количества в 427 человек население лагеря в Старой Ваасе и его отделений в Хельсингбю/Тёлбю и Исокюрё к 1944 году выросло до более 1000, а в последние месяцы войны резко подскочило до 3500. Будучи штрафным лагерем, он предназначался только для военнопленных и только для взрослых мужчин — женщин и мальчиков в такие не отправляли.

Условия в лагере были крайне жесткими, как и можно ожидать от штрафного лагеря. Пленных не пытали и не убивали за просто так, но жестокие публичные порки (25 ударов по спине, розгами из пучка медной или стальной проволоки, привязанного к палке) были наказаниями за малейшие проступки, типа спрятанной пайки хлеба или неотдачи чести офицеру. Старались, однако, никого не покалечить — пленные должны были работать, в основном на строительстве аэродрома неподалеку (ныне действующий аэропорт Ваасы) и дорог в этом районе. Расстреляно было лишь 12 человек, но намного больше умерло от голода, болезней и истощения от непосильного труда, в основном в 1942 году. Некоторым пленным, однако, повезло стать батраками на хуторах местных фермеров; это была большая удача, условия такого труда были несравнимо легче.

Читать далее «Штрафной лагерь военнопленных в Ваасе»


15 декабря в наш город Вааса приехал музейный поезд. Приехал в честь наступающего Рождества, хотя ничего особенно рождественского я на поезде не заметил. Такие поезда к нам приезжают нечасто, и об этом разе я узнал случайно из рекламы на экране в городском автобусе.

Поезд принадлежит Хаапамякской ассоциации музейных локомотивов, Haapamäen Museoveturiyhdistys ry. Это довольно серьезная организация, им принадлежит около 110 единиц подвижного состава, из которых около 50 на ходу. Она базируется в Хаапамяки (Haapamäki) — когда-то важнейшей узловой станции в глуши Центральной Финляндии, которая сейчас потеряла свое значение, так как основные современные железные дороги обходят ее стороной. Пришедший к нам поезд был образца примерно 1950-х годов, как локомотив, так и вагоны. Я не железнодорожный фанат, но мне все показалось очень аутентично.

Поезд сделал по паре рейсов из Ваасы на ближайшие станции в обе стороны, Васкилуото и Лайхия. На следующий день то же самое он проделал в ближайшем крупном городе Сейняйоки, со станциями Лапуа и Каухава.

1. Ожидание поезда на вокзале Ваасы. Мне понравилось, что рейсы внесли на табло, как полагается.

2. И вот он и прибывает из Лайхии. Это Tk3, пассажирский паровоз, построенный в 1947 году на фабрике «Тампелла» в Тампере (в Финляндии, конечно). Эту модель прозывают Пикку-Юмбо (Pikku-Jumbo, Маленький Джумбо), в противоположность просто Юмбо, грузовому паровозу Tv1.

Читать далее «Музейный поезд в Ваасе»


Самый крупный (вроде бы) рекреационный лес в непосредственной близости от Ваасы — тот, что вокруг Пилвилампи (Pilvilampi, фин. Облачный пруд), до которого легко дойти даже пешком от ваасанского жилого района Ристинумми. В отличие, например, от Эйенского леса в Сундоме к юго-западу от города, леса Пилвилампи являются не охраняемыми территориями, а обычными коммерческими лесами, и в них можно встретить немало вырубок различного возраста.

В лесах Пилвилампи существует достаточно плотная сеть лесных дорог и троп, с несколькими лааву (навесами для привала), хижинами-кота (в виде чума) и одной хижиной для привала на холме Стурхеллеберьет (Storhälleberget). Зимой большинство из них превращаются в лыжни, и, собственно говоря, тропы, лааву и хижины поддерживает Ваасанская лыжная ассоциация (Vaasan Latu ry). От Ваасы можно дойти пешком или на лыжах через лес насквозь до деревни Скатила на западном берегу реки Кюрё, образующей естественную восточную границу лесов Пилвилампи.

Хижина Стурхеллеберьет

Название Пилвилампи, конечно, относится к небольшому озеру посреди этих лесов. До него совсем недалеко от парковки на ваасанской стороне леса (у дороги Каппелинмяэнтие (Kappelinmäentie), напротив завода Uponor).

Читать далее «Озеро Пилвилампи и Ваасанский водопровод»


На днях мы посмотрели на маленький кусочек финско–российской границы. Давайте теперь посмотрим на финско–шведскую и финско–норвежскую! Тут материала у меня гораздо больше.

Вся граница Финляндии со Швецией и Норвегией относится к Лапландии — самому обширному региону страны, занимающему ее северную треть. Несмотря на малонаселенность Лапландии, дорог здесь не так уж и мало. Существует по шесть дорог в Швецию и Норвегию.

Финляндия, Швеция и Норвегия входят в Шенгенскую зону, и между ними разрешено свободно передвигаться и пересекать границу в любом месте, хоть посреди тундры. Тем не менее, это не означает неограниченного провоза любых товаров. На всех погранпереходах есть таможенные пункты, открытые по будням в рабочее время, где можно задекларировать перевозимые товары (хотя туристу едва ли это понадобится). На всех погранпереходах, насколько я помню, физически сейчас таможня совмещенная, одна на две страны. Изредка там могут останавливать и проверять документы и/или багаж. Стоит отметить, что Норвегия не входит в ЕС, и ограничения на ввоз товаров через финско–норвежскую границу значительно более суровые, чем через финско–шведскую. Например, на алкоголь — не более 1 л крепкого, 1.5 л вина, 2 л пива и 200 сигарет.

1. Торнио–Хапаранда; трасса 29 (E4). Начнем от Балтийского моря. Почти в самой северной его точке начинается финско–шведская граница, проходящая по реке Торне (Торнионйоки по–фински, Турнеэльвен по–шведски). Город Торнио (Tornio, от шведского Torneå, попросту «река Торне») — самый старый город Лапландии, хотя, честно говоря, я бы не сказал, что он сам по себе особо интересен. Регион, где находится Торне, зовут Приморской Лапландией (Meri–Lappi) — тут хоть формально и Лапландия, но пейзаж довольно унылый и плоский, и оленеводством тут не занимаются, в отличие от всей остальной Лапландии. Город славится огромным металлургическим заводом и (посредственным) пивом Lapin Kulta («Золото Лапландии»), которое здесь варили десятки лет, но в конце концов перенесли–таки производство на юг.

Поинтереснее, пожалуй, будет шведская Хапаранда по другую сторону Торне, даром что меньше в разы (Торнио — 22.5 тыс. человек, Хапаранда — 5 тыс. человек). Хапаранда возникла довольно спонтанно после того, как Торнио стал пограничным городом; в шведскую эпоху границей между собственно Швецией и Финляндией считалась следующая на восток крупная река, Кеми, и Торнио до 1809 не был даже региональной границей. Сейчас прямо в сотне метров от границы всех въезжающих в Швецию встречает «Икея», что выглядит немного комично даже. Говорят, покойный Ингвар Кампрад лично приказал здесь ее построить, несмотря на то, что по их же собственным стандартам плотность населения тут слишком низкая. И прижилось хорошо; на севере–то люди привычные к длинным поездкам — читал, что аж из Мурманска сюда люди ездят.

Читать далее «Финско-шведская и финско-норвежская граница»


Памятник финским ВВС находится у дороги на остров Васкилуото в городе Вааса, Западная Финляндия, у залива Этеляйнен-Каупунгинселькя (Eteläinen Kaupunginselkä, фин. Южный Городской разлив). ВВС символизирует морской орел. Памятник установлен в 1969 году. Фото сделано в марте 2018.

Расположение памятника не случайно. Днем рождения финских ВВС (Suomen ilmavoimat) принято считать 6 марта 1918 года, когда граф Эрик фон Розен, шведский аристократ, подарил молодому финскому государству первый аэроплан. В Финляндии на тот момент шла кровавая гражданская война, и в Ваасе размещалась ставка командования белогвардейцев. Модель самолета — Morane-Saulnier Parasol. Его перегнал из Умео (города на шведской стороне Ботнического залива напротив Ваасы) летчик Нильс Киндберг, с графом фон Розеном в качестве пассажира, и посадил на воды Этеляйнен-Каупунгинселькя недалеко от нынешнего расположения памятника. Самолет действительно поступил на службу к белогвардейцам, но прожил недолго — уже 16.4.1918 он разбился под Тампере. День 6 марта с тех пор объявлен официальным днем финских ВВС, а копия первого аэроплана сейчас демонстрируется в музее авиации в Тиккакоски под Ювяскюля:

Фото из Википедии

Личным символом графа фон Розена была свастика, и синяя свастика и стала использоваться как официальный опознавательных знак финских ВВС. Эта свастика куда больше похожа на нацистскую, чем та, что используется, например, во флаге Президента Финляндии или в финском Ордене Креста Свободы. Тем не менее ее происхождение, конечно, не имеет отношения к нацистам, которые в 1918 еще и не существовали. (Забавно, но граф фон Розен со временем и впрямь стал одним из крупнейших сторонников нацистов в Швеции, и лучшим дружком Геринга, но, понятное дело, и это было уже намного позже.) Но все же после войны финские ВВС стали использовать более нейтрального вида опознавательные знаки, хотя старая свастика до сих пор используется на некоторых их флагах (например, Академии ВВС), как можно заметить на этом фото с парада в Ваасе в феврале 2018:

Парад в честь 100-летия возвращения егерей в Финляндию, Вааса, 24.2.2018

Этот пост открывает блог «Шесть горностаев», в котором я собираюсь писать короткие заметки о разных наиболее примечательных местах, вместо подробных отчетов о путешествиях, на которые у меня попросту нет времени. У меня уже написано много постов для этого блога, но они опубликованы пока что только в моем Телеграм-канале и на сайте D3.ru (ссылки на главной странице). Я буду переносить их сюда и параллельно, конечно, публиковать новое.

Вдоль всей границы Финляндии c «восточным соседом» (itänaapuri), как в финских газетах любят называть Россию, простирается пограничная зона, проход в которую без специального разрешения запрещен. Эта зона значительно уже, чем такая же зона с российской стороны — от несколько сот метров до пары километров шириной, в отдельных местах немного больше, и установлена таким образом, чтобы нигде не пересекать государственные и муниципальные дороги, и нигде не мешать доступу к достопримечательностям (в основном природным), находящимся недалеко от границы. (В России пограничная зона может простираться на десятки километров, в нее могут целиком входить дороги и населенные пункты.) Также из пограничной зоны исключены все подъезды к МАПП (автомобильным погранпереходам), поэтому вплоть до собственно кабинок пограничников на подъезде к границе со стороны Финляндии нигде никакие документы не проверяют.

Помимо МАПП есть еще два места, где можно легально подойти к границе очень близко без специальных разрешений; это места, где достопримечательностью является сама граница. Первое из них — холм Муоткаваара в Лапландии, место, где сходятся границы России, Финляндии и Норвегии; второе — маленькое озеро Вирмаярви (Virmajärvi) в финской Северной Карелии, крайняя восточная точка Финляндии и всего континентального Евросоюза. На Муоткавааре я пока не был, а до Вирмаярви как–то раз (в октябре 2016) из любопытства добрался.

Ближайший населенный пункт к Вирмаярви — деревня Хаттуваара (Hattuvaara, фин. Шапочная горка) в муниципалитете Иломантси. Этот глухой регион — единственный оставшийся в составе Финляндии после войны край с заметной долей православных карел в населении, и в деревне стоит православная церквушка. Асфальтированная дорога (трасса 522) в деревне кончается, а оттуда на восток ведет 19 км хорошей лесовозной гравийной дороги. Забавно, что на всех указателях и табличках сказано просто «Крайняя восточная точка ЕС». На самом деле крайняя восточняя точка — на Кипре, а тут всего лишь крайняя восточная на континенте.

Дорога к границе пересекает несколько пеших троп и проходит мимо памятника небольшой Хаттуваарской битве 30.7.1944; под самый конец Войны-Продолжения советские войска пересекли современную границу Финляндии в Северной Карелии, и в районе Иломантси есть ряд воинских памятников. В конце можно оставить машину на разворотном кольце для лесовозов и пройти пешком до берега озера. В ста метрах от берега на маленьком островке хорошо видны сине–белый финский и красно–зеленый российский пограничные столбы (на фото чуть правее середины). Заходить за пределы огороженной «перилами» зоны запрещено, равно как и плавать в озере или ходить по его льду зимой.

За Вирмаярви лежит российская Карелия. Хотя в Финляндии этот край является весьма отдаленным, для России это и вовсе недоступное место, в десятках километров от ближайшего жилья и дорог; со стороны России сюда практически невозможно попасть даже при наличии нужного разрешения для пограничной зоны.

Озеро Вирмаярви — точка, где кончаются территории, отошедшие СССР после войны. Граница дальше на север до сих пор следует старому русско–шведскому Столбовскому мирному договору 1617 года. Граница на юг от этого пограничного столба за номером III/277/577 и до Финского залива определена Московском мирным договором 1940 года.

Еще несколько фотографий этих мест:

Деревня Хаттуваара с ее православной часовней
Дорога из Хаттуваары к границе
Памятная табличка Хаттуваарскому сражению (точнее, подразделению, сражавшемуся в нем)
Информация о сражении переведена не только на английский, но и на (плоховатый) русский